Сидельников Владимир Петрович

Сидельников Владимир Петрович, родился 6 ноября 1951 года в городе Новочеркасске Ростовской области в семье рабочих.

Срочную службу проходил в Нахичеванском пограничном отряде в должности мастера по электроп­риборам пограничной заставы.

После выпуска из Голицынского пограничного училища по личной просьбе проходил службу в Красноз­наменном Среднеазиатском погра­ничном округе КГБ СССР:

1975-1980 гг. - заместитель на­чальника пограничной заставы по политчасти, начальник заставы, офи­цер штаба Каахкинского пограничного отряда;

1980-1981 гг. - офицер штаба Небит-Дагского пограничного отряда.

Успешно окончил факультет пограничных и внутренних войск Военной академии им. М.В.Фрунзе.

После выпуска из академии был назначен заместителем начальника штаба - начальником отделения боевой подготовки Клайпедского пограничного отряда Прибалтийского пограничного округа КГБ СССР.

С 1987 года - служба в Центральном аппарате Пограничных войск КГБ СССР.

За образцовое выполнение служебно-боевых задач, много­летнюю безупречную службу награжден орденом «За военные заслуги», медалями Суворова, «За отличие в охране государст­венной границы», «В память 850-летия Москвы», «За отличие в воинской службе» I и II степени и др.

Женат, вместе с женой воспитали сына.

Проживает в Москве.

Адрес электронной почты: Petrovith2005@yandex.ru

Воспоминания

Когда растешь в рабочей семье, при скромном достатке, вечно занятых родителях, вынужденных тяжелым трудом добывать для семьи «кусокхлеба», взросление детей протекает гораздо быстрее, чем обычно. Вот и мое действо закончилось слишком рано. Я общался с разными ребятами: кто-то с детства горя не знал - всем был обеспечен, да и родители помогали своим отпрыскам, «двигали» их в нужном направлении. Лично мне на это рассчитывать не приходилось. Отец был простым рабочим, трудился трактористом-бульдозеристом-экскава­торщиком. И был «орлом». Я хорошо помню не только его большие, натруженные руки, которые постоянно пахли соляркой, но и орден Красной Звезды, два ордена Славы, медали «За боевые заслуги» и «За взятие Кенигсберга», которыми был он награжден в годы Великой Отечественной войны. Слава Богу, он жив и сейчас проводит большую патриотическую работу в школах города Новочеркасска.

Мама работала на заводе. Собственно говоря, в городе Новочер­касске Ростовской области, где я родился, таких простых рабочих семей было абсолютное большинство. Мы, пацаны, поначалу просто взрослели, играли в разные игры, в том числе в пограничников, вечно «воевали» -то с фашистами, то со шпионами и контрабандистами. Благо в кинотеатрах города в то время демонстрировалось много кинофильмов патрио­тической направленности. Военные, пограничники, летчики неизменно выступали как героические личности, легко совершавшие подвиги. Естественно, для нас они служили примером для подражания.

Параллельно мы учились в школе, дружили, занимались спортом, посещали многочисленные кружки, которые, к счастью, были бесплат­ными и абсолютно всем доступные. Так продолжалось до школьного выпускного. Ну а дальше?

-Чем хочешь заняться после школы?-спросил меня как-то отец.

Твердо еще не решил, - отвечаю. -Хочу попробовать поступить в Новочеркасское училище связи...

Ну что ж, дело хорошее, - сказал отец. - Главное - не теряй времени понапрасну, действуй!

К сожалению, в училище связи я не поступил, срезался на экза­менах! Но в расстроенных чувствах пребывал недолго, решил начать с простого - получить рабочую закалку.

Написал заявление и вскоре стал работать слесарем на Новочер­касском электровозостроительном заводе. Поначалу, с непривычки, уста­вал. На руках появились первые трудовые мозоли. Но, в то же время, в бригаде меня воспринимали почти как равного: здоровались за руку, обсуждали какие-то производственные или житейские проблемы. Так постепенно я входил в новую для себя «взрослую» жизнь.

Целый год я проработал слесарем, возмужал. Уже не клянчил у родителей на мороженое, а мог и сам внести посильный вклад в общую семейную копилку. Но вот пришла долгожданная повестка из военкомата, на сборы мне дали всего несколько дней. И-в путь!

Срочная служба мне досталась не из легких. После окончания учебного пункта я был направлен мастером по электроприборам на погра­ничную заставу. Отныне на мне лежала ответственность за быстрое устранение неполадок в работе сигнальной системы, зарядку аккумуля­торов, обеспечение работоспособности других электроприборов, исполь­зуемых при охране государственной границы.

И полетели месяцы службы. Коллектив на заставе в целом был дружный, сплоченный. Никакого даже намека на неуставные взаимо­отношения. Просто молодежь, по традиции, брала на себя чуть побольше хозяйственных работ, а старшие, более опытные, товарищи все силы отдавали службе, совершенствованию охраняемого участка. Подобный порядок воспринимался всеми как норма.

Самым трудным было привыкнуть к тяжелым климатическим условиям Закавказья. Участок сложный. Два ряда колючей проволоки. Ну и глухомань, понятное дело. Даже если выпадет свободная минута, не знаешь на что ее потратить.

Однажды я был на проверке службы пограннарядов вместе с начальником заставы майором Егоровым. На обратном пути разгово­рились. Он-то и надоумил меня поступать в пограничное училище. «Рабочих в стране много, говорил он, а ты поставь перед собой большую цель. К примеру, стать генералом!».

«А разве я смогу?» - удивился я тогда.

«А ты попробуй! - резонно заметил начальник заставы - У нас страна равных возможностей. Если упорно двигаться к намеченной цели -обязательно все получится!».

Так у меня появилась большая жизненная цель! Первым шагом на пути к ней было успешное окончание высшего пограничного училища. Имея провальный опыт поступления «наскоком» в училище связи, в этот раз я серьезно взялся за подготовку к экзаменам: упорно тренировался на гимнастическом городке, изучал инструкцию службы пограничных нарядов, уставы и наставления, а также предметы, выносимые на вступительные экзамены. В последующем все эти знания мне очень пригодились в процессе учебы.

И вот мой рапорт, с просьбой направить для поступления в Алма-Атинское пограничное училище, рассмотрен и получил одобрение командования. Короткий подготовительный период и -экзамены.

В этот раз я сдал их успешно. Конечно, большим «плюсом» для каждого из нас, пограничников, прибывших с границы, был реально накоп­ленный опыт службы, пограничная закалка. Ребятам, поступавшим с гражданки, было куда труднее.

В числе абитуриентов, кстати, оказались и, так называемые, «блатняки». Они не очень переживали за результаты своих экзаменов, вели себя спокойно и уверенно. Но впереди, как оказалось, их ждали неожиданные «сюрпризы», в том числе и марш-бросок на 15 км в полном боевом снаряжении по горно-пересеченной местности. Не буду описы­вать, как «умирали» они на дистанции, даже, несмотря на оказываемую им товарищами помощь. После этого марш-броска все они, как один, написали рапорта с просьбой об отчислении из училища. Так наши коман­диры в один момент избавились от ненужного «балласта».

Зато остальным пришлось настроиться на четыре долгих года напряженнейшей учебы, изматывающей физической подготовки и строго уставной жизни и деятельности. Забегая вперед, хочу сказать, что для большинства курсантов эта задача оказалась по плечу!

Не хочу повторяться, описывая годы напряженной учебы в пограничном училище: сначала в Алма-Атинском, а затем в Голыцинском. Для меня эти годы дороги, прежде всего, благодаря обретенным друзьями. Знаете, мы об этом редко задумываемся, но как это важно -иметь рядом людей, которые всегда готовы подставить тебе свое плечо, подхватить противогаз или что потяжелее во время изматывающего марш-броска, протянуть в летнюю жару флягу с холодной водой, даже в том случае, если воды осталось на самом донышке...

К примеру, с самого начала курсантской службы я познакомился с Виктором Рачок и Сашей Сабадаш. Сдружило нас первое ответственное задание командования. Дело в том, что пока ребята с гражданки сдавали вступительные экзамены, мы, прибывшие из войск, уже поступили в училище и нас привлекали к различным «ответственным заданиям». Суть его состояла в следующем. На территории училища, под непосредст­венным руководством заместителя начальника училища полковника Н. Сельчука, возводился памятник героям-пограничникам «Никто не забыт, ничто не забыто». Нам поставили задачу поработать над строительством данного памятника, от фундамента до мраморной стеллы. С нами тогда, кстати, работал еще один наш общий друг - Гена Мишенин. Естественно, поработали мы добросовестно и с тех пор как-то сдружились между собой. И в дальнейшем, несмотря на то, что служба разбросала нас по самым разным уголкам границы, продолжали и продолжаем дружить!

Почему я выделил именно курсантскую дружбу, а не, скажем, школьную или дружбу слушателей академии? Дело в том, что все четыре года, мы жили как одна большая семья: вместе радовались успехам, вместе преодолевали многочисленные трудности. Прекрасно знали сильные и слабые стороны каждого, понимали друг друга с полуслова. В этих условиях, ты никуда не спрячешь, как свои положительные качества, так и недостатки. Если в таких условиях ты нашел себе друга, то это -навсегда! Вот почему я убежден - крепче курсантской дружбы ничего нет!

С Сашей Нарбековым, кстати, чемпионом училища по выполне­нию упражнения «подъем переворотом» (свыше 300 раз), мы всю сознательную жизнь дружим семьями. У него, безвременно ушедшего из жизни два года назад, остались крепкие пограничные традиции: жена Наталья - старший прапорщик в Воронеже, сын Максим - офицер в Южной Осетии, а дочь Ольга - прапорщик, заканчивает в этом году Калининградский пограничный институт.

Говоря о годах курсантской жизни, хотелось бы подчеркнуть: всем нам очень повезло с командирами, преподавателями, курсовыми офицерами, которые были для нас настоящими учителями и наставниками. Прежде всего, я отметил бы командира нашего дивизиона, удивительно соответствующего своей должности, Прудько Михаила Алексеевича. Да, случалось, мы обижались на него за въедливость и, как тогда казалось, мелочную придирчивость. Но в последующем, в процессе офицерской службы, особенно, будучи начальником пограничной заставы, я много раз вспоминал нашего командира добрым словом и убеждался в правильности его действий и поступков. Именно таким -принципиальным, дотошным, въедливым в вопросах службы, воинской дисциплины, уставного порядка и должен быть настоящий командир! Правда, не забывая при этом и о других командирских качествах - заботе о подчиненных, справедливом, внимательном отношении к людям! Полковник МЛ Прудько, надо отдать ему должное,-был именно таким!

В последние месяцы перед выпуском, помню, все курсанты живо обсуждали только одну - главную! - новость: куда распределят после выпуска? Малейшие слухи, догадки, предположения живо обсуждались в кулуарах, в перерывах между занятиями. Это слегка походило на массовый «мандраж». Лично я, чтобы избавить себя от этих неприятностей, самостоятельно принял решение и написал рапорт с просьбой направить меня в самый трудный, как тогда считалось, Краснознаменный Среднеазиатский пограничный округ. И моя просьба была удовлетворена.

Почему я так поступил? Секрета в этом нет! «Да, округ очень труд­ный, но и перспективный, - рассуждал я, - своего рода кузница генеральских кадров»!

Я был во всех отношениях готов к тому, чтобы доказать свою профессиональную состоятельность и побороться за эту высокую честь! Мне очень хотелось реализовать наказ моего начальника заставы майора Егорова, вселившего в меня уверенность в собственных силах.

Получил назначение в Каахкинский пограничный отряд, зампо­литом пограничной заставы «Дейча».

Застава у меня была «морская». Впереди - по направлению к границе - горы Копет-Дага, а в сторону тыла - пустыня Кара-Кумы. Почему «морская»? У нас так называли заставы, на которые привозили воду на водовозках с Каракумского канала.

Прослужив здесь полтора года, я был назначен с повышением -сначала начальником заставы, затем офицером штаба отряда.

Я очень благодарен судьбе за то, что офицерская служба свела меня с первоклассными офицерами, профессионалами высшей пробы, у которых я многому научился. Кстати, все они в последующем стали генералами пограничных войск: комендант пограничной комендатуры «Душак» Каахкинского пограничного отряда Владимир Иванович Новиков, начальник Каахкинского пограничного отряда Станислав Семенович Колтунов, заместитель начальника штаба-начальник отделения службы Небит-Дагского пограничного отряда Анатолий Терентьевич Чечулин, начальник Клайпедского пограничного отряда Иван Васильевич Рахманин. А начальник Небит-Дагского пограничного отряда Валерий Васильевич Коченов много лет потом был на должности начальника штаба нашей группировки в Таджикистане.

Я до сих пор вспоминаю о них с большой благодарностью и признательностью.

Служба пограничная обязывала каждого из нас, офицеров, нахо­диться в постоянной готовности к переводу на новый ответственный участок. У меня таких переводов также было достаточно много. И каждое новое место службы было по- своему неповторимым.

К примеру, получив назначение на должность офицера штаба Небит-Дагского пограничного отряда, я все свои силы сосредоточил на вопросах охраны государственной границы, строительства системы постов технического наблюдения на ранее не охраняемом побережье Каспийского моря, работе с добровольными народными дружинами, оказывающими большую помощь в охране государственной границы.

В дальнейшем, после выпуска из академии, когда я был назначен заместителем начальника штаба - начальником отделения боевой подготовки Клайпедского пограничного отряда Прибалтийского погра­ничного округа, круг моих профессиональных обязанностей значительно видоизменился.

Здесь мне пришлось вплотную заниматься вопросами боевого обучения военнослужащих застав и гарнизона: пограничные учения, стрельбы, подготовка сержантов, специалистов, участие в итоговых проверках пограничных застав и комендатур. Значительных усилий и большого профессионального мастерства требовала и подготовка молодого пополнения. Дважды я был начальником учебного пункта.

Конечно же, с большим воодушевлением вникал и в вопросы службы. Дело в том, что здесь был морской участок границы, и он имел свою специфику. С одной стороны, практически весь охраняемый участок имел сплошное радиолокационное прикрытие. Это позволяло обеспе­чивать жесткий контроль за всеми находящимися в море плавсредствами, оперативно реагировать на изменения оперативно-служебной обста­новки. С другой - буквально незадолго до моего прибытия в отряд, здесь имело место серьезное ЧП, безнаказанный прорыв нарушителей границы. Двум разыскиваемым бандитам на катере удалось прорваться сначала с нейтральные воды, а затем безнаказанно уйти морем в Швецию. Тогда были приняты серьезные меры по усилению надежности охраны государственной границы, и этим занимались все подразделения управления пограничного отряда.

С 1987 года я был переведен по службе в Центральный аппарат Пограничных войск КГБ СССР. Штабная работа имеет свои особенности, она требует глубоких знаний, практического опыта, скрупулезности, согласованности действий различных управленческих структур при разработке и осуществлении тех или иных войсковых операций.

В качестве примера, могу сослаться на опыт перекрытия и усиле­ния охраны российско-грузинского участка границы в 90-е годы.

Все мы помним события того времени. На территории Чеченской Республики велись активные боевые действия. Российские войска и спецподразделения, участвовавшие в проведении контртеррорис­тической операции, наносили бандгруппам серьезный урон, но их остатки через высокогорные перевалы спокойно уходили на территорию Грузии и там залечивали раны, восстанавливали силы в специально созданных лагерях. Перед нами была поставлена задача - устранить имеющуюся на участке границы брешь, не допустить безнаказанных прорывов бандгрупп через государственную границу на чеченском направлении.

В течение короткого времени нами был разработан план пограничной операции, получившей название «Аргун», и другие необходимые нормативные правовые документы. Операцию провели подразделения Краснознаменного Кавказского особого пограничного округа. Был образован и приступил к охране государственной границы Итум-Калинский пограничный отряд. Новые заставы взяли под жесткий контроль высокогорные перевалы, места вероятного движения бандгрупп. И ситуация стала заметно меняться в лучшую сторону.

Конечно, нельзя сказать, что с приходом пограничников на новые рубежи боевики отказались от своих преступных намерений. Периодически они предпринимали попытки прорыва через границу, но теперь каждая подобная вылазка им обходилась слишком дорого. За решение этой ответственной задачи ряд офицеров, в том числе и я, были награждены высокими государственными наградами.

В целом, за почти сорокалетний период службы, мне приходилось решать самые разные задачи. С большим удовлетворением вспоминается, к примеру, служба в качестве заместителя Командующего Пограничными войсками Туркменистана Акмурада Назаровича Кабулова. У российских пограничников был накоплен огромный опыт охраны данного участка границы, и после обретения Туркменистаном независимости, нам предстояло ока­зать практическую помощь своим друзьям и коллегам.

С особой теплотой вспоминаю совместную службу с началь­ником штаба Пограничных войск Туркменистана Гельды Атаевичем Амановым. В свое время мы вместе с ним начинали учиться в Алма-Атинском погра­ничном училище, затем встре­чались в период службы в Туркме­нии, а в последующем вместе приехали оттуда в Москву, посту­пили и учились в Военной акаде­мии им. М.В.Фрунзе, рядом нахо­дились наши рабочие столы. Гельды всегда был исключительно трудолюбивым, ответственным офицером, а в последующем - генералом, чутким и отзывчивым товарищем. Жаль, но по независящим от него причинам, ему не удалось продолжить службу, но это был один из самых, не побоюсь этого слова, высокопрофессиональных пограничников современного Туркменистана!

Моя пограничная служба продолжается и по сей день. За плечами огромный практический опыт, твердые, разносторонние знания. В принципе, можно было бы подумать и об увольнении в запас, но, если говорить честно, в ином качестве я пока себя просто не представляю.

> Еще в пограничном училище нас учили: берите побольше знаний - пригодятся! Наступит офицерский период службы, будете их отдавать. Вот этим я сейчас и занимаюсь - отдаю все лучшее, чем владею.

Думаю, в этом и есть главный смысл моей нынешней службы.